2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017

 

Декабрь 2015 Немного новостей конца года. Произошло замечательное событие. В Китае изданы сразу десять моих книг-сказок. Сами книги мне удастся подержать в руках не раньше января, но на сайте издательства уже можно увидеть их изображение. Трудно не заметить, что характер шрифтов меняет и характер книги.
 
 
  В издательстве АСТ издана «Убить пересмешника» Харпер Ли с моими иллюстрациями. Сама работа сделана в самом начале 2000-х. В ней еще много ученического, но я рад, что спустя столько лет иллюстрации оказались востребованы.
 
 

Перед Новым годом дал пару интервью. Одно для интернет-журнала «Мираман». Почитать можно тут:


Иллюстратор Антон Ломаев: «Есть темы, которые меня волнуют и ищут выхода в рисовании»


И вместе с другими книжными художниками ответил на вопросы о годе уходящем и планах на год наступающий для «Картинок и разговоров». Читать тут:


«КАРТИНКИ И РАЗГОВОРЫ. 2015 — иллюстраторы рассказали, каким был для них уходящий год»


Поздравляю всех с наступающим новым годом! Мира и добра!

   
25 ноября - 12 декабря На Большой Морской 38 в Выставочном Центре Санкт-Петербургского Союза Художников открылась большая выставка графики «Санкт-Петербург в пространстве мировой культуры». Показываю там дюжину своих иллюстраций к Моби Дику. Добро пожаловать.
   
Осень 2015 Неожиданно и стремительно образовалась выставка в Alma mater. В Академии, в галерее «Арка» при факультете графики. Из-за недостатка времени пришлось за основу плаката взять афишу витебской выставки иллюстраций к И. Бабелю, которая проходила в мае этого года. Добро пожаловать!
 
 
  Еще из новостей. В «ИД Мещерякова» вышел «Моби Дик» с моими иллюстрациями. Для меня это издание, с одно стороны, долгожданное, с другой — как минимум спорное. Думаю, что было бы сейчас не корректно по отношению к издательству и тем, кто на свой вкус готовил это издание говорить о том, что не получилось, на мой взгляд. Тем более, что наверняка и у вышедшего двухтомника будут свои покупатели и читатели, чему я буду искренне рад. И все же, думается, что та книга, о которой мне мечталось во время работы все еще впереди.
 
  Немного про моего «Храброго портняжку». Договор подписан, и книга выйдет в издательстве «Азбука». О сроках пока говорить трудно. Но рискну предположить, что печататься она будет в январе. Ну а появится в продаже к концу зимы.
 
   
Июнь 2015 Завершен «Храбрый портняжка». Пожалуй, времени он занял больше других книг. И из-за своей многодельности, и потому что пришлось отвлекаться на работу для кино. До отпуска остается совсем немного, да и лето — «мертвый сезон» для издательств, так что все хлопоты по дальнейшей судьбе книги переношу как минимум на август.
И все же покажу пять разворотов, начиная с форзаца. Вот они:

 
 
   
Май 2015 Во второй половине мая в Витебске пройдут сразу две мои выставки.
Первая: выставка иллюстраций к произведениям Исаака Бабеля, будет проходить в выставочном зале Витебского центра современного искусства (ул. Белобородова, 5).
Вторая: выставка иллюстраций к детским книгам пройдет в выставочном зале Витебской детской художественной школе (ул. Суворова, 3), в которой я когда-то учился в самом первом её наборе.
По семейным обстоятельствам, сам не смогу полноценно присутствовать на выставках, но буду в Витебске в первый и последний день выставок. Так что если у кого-то будет желание со мной увидеться, то это возможно. Хотя, для надежности лучше, конечно, списаться заранее.
Добро пожаловать.
 
 
   
Апрель 2015 На проходившем с 23 по 26 апреля, на этот раз в России, Евроконе мне вручили премию «Prix l'esprit de l'engagement» («Приз за дух вовлеченности») Best creator of children's, ESFS (European Science Fiction Society) Awards 2015, Eurocon in St. Petersburg, Russia)
Огромное спасибо организаторам конвента и членам жюри премии!
 
   
Март 2015

В продаже появился том «Одесских рассказов» Исаака Бабеля с моими иллюстрациями. К маю жду появления «Конармии» в схожем оформлении.
Сама серия иллюстраций сделана в 2010-2012 годах. Была сразу принята Азбукой, но на долгое время легла на полку ожидания. Прежде всего, из-за сложности для издательства производства книг для взрослых в цвете. Полученная мною за эти иллюстрации премия «Образ книги — 2014» сдвинула дело с мертвой точки. И вот книга напечатана.
Не могу сказать, что все в ней мне безусловно нравится. И это естественно, поскольку полноправным соавтором стал Вадим Пожидаев-мл., сделавший макет. А это как раз тот случай, когда макет, как минимум,  в не меньшей степени определяет оформление книги, чем и иллюстрации. Некоторое противоречие взгляда на предмет в таком соавторстве неизбежно. Многое в макете кажется спорным, но я, безусловно, с уважением и большой симпатией отношусь к художественному видению соавтора оформления. Есть, конечно, претензии и к качеству печати. Но все равно я очень рад появлению книги и с нетерпением жду «Конармии».
Где купить книгу можно узнать вот ТУТ

 
   
Февраль 2015 Меня регулярно спрашивают: где купить первое издание моей «Русалочки». Постоянство писем с подобными вопросами меня, честно говоря, даже немного удивляет. Эта первая моя «большая» детская книга, которую я рисовал долго, понемногу выкраивая время из текущей работы с издательствами. Именно эта книга стала началом нового для меня отношения с издательствами. В начале в мастерской возникает книга, а когда она более или менее готова я начинаю искать для неё издателя. Собственно этого принципа работы я с тех пор и придерживаюсь. Закончил я работу над «Русалочкой» в 2009. Первый тираж 2010 года достаточно быстро был распродан. И хотя книга переиздавалась не раз, но это были издания, которые сильно отличались от первоначального вида книги. Знаю, что «Русалочка» стала дорогой на вторичном рынке и редкой. Много раз я говорил в издательстве о целесообразности доптиража, но всегда находились поводы для того, что бы отложить решение вопроса. В качестве причины чаще всего фигурировали остатки на складах того самого «серийного» тиража книги. Но закончились и эти остатки. Летом 2014 года совсем уже было собрались печатать книгу, но возник неожиданный вопрос в свете новых ограничений на детскую книгопродукцию. Дело было в излишней, по мнению сегодняшних норм, обнаженности героинь. Предложение о ретушировании опасных мест я отверг, и книга повисла в неопределенном положении еще на некоторое время. В итоге к осени был найден компромисс — я немного прикрыл самое вызывающее место у героини на обложке, внутри книги иллюстрации не тронул, и книга вышла с пометкой 11+. Есть еще ряд небольших отличий, но найти их можно разве что внимательно сравнивая книгу из теперешнего тиража и книгу того самого первого выпуска. Но это уже загадка для самых внимательных и заинтересованных читателей. Из несомненных плюсов в пользу последнего издания назову полный текст сказки, увеличивший блок макета на восемь страниц.
К этой книге сам я отношусь сложно. Делай её я сейчас, то был бы менее серьезен и сентиментален, ввел бы больше абстрактного и условного начала в стиль рисования. Но, тем не менее, я отношусь к ней с теплотой, как к началу нового этапа в моей работе и честной попытке проникнуть в суть сказки. Рад тому, что переиздание в полиграфическом смысле вышло вполне удачным. Желающим купить книгу стоит поторопиться — тираж всего 4000. Ссылки на книгу в интернет-магазинах можно увидеть вот тут.
 
   
Январь 2015

Иногда жена жалуется — когда я через «вайбер» присылаю ей свежие фотографии нашего младшего, в то время пока она на работе, у неё от мыслей о ребенке «приходит» молоко. И фотографиям вроде как рада, но и злиться, что это мешает сосредоточиться ей на своей многоязычной работе.

Мое сидение полдня с ребенком было одним из самообязательств при уговорах жены на третьего сына. Такой у нас честный вклад в новорожденного, без разрыва для каждого из нас с обычной жизнью. Мне достался непривычно длинный утренний сон, пробуждение с малышом, его утренний туалет, кормления, дневные прогулки, ожидание нашей энергичной мамы и после работа до ночи в мастерской. Маме, кажется, досталось больше забот. Это и школьные сборы с утра, и ранняя дорога на работу,и все хоры, сольфеджио, занятия фортепьяно, бассейны,  и все это для каждого из старших в отдельности. Ну и вдобавок к её автомобилизированости  — все путешествия за едой и прочим.

На жизнь не ропщем, а то, что дети появлялись у нас с большими перерывами, оборачивается помощью со стороны старших. Зато я в свои сорок три вдруг подарком получил то, что большей части ускользнуло от меня по занятости со старшими сыновьями. Те, кто проводил много часов наедине с маленьким человечком, без труда меня поймут.

Поначалу ты наслаждаешься непривычным утренним и дневным покоем, довольно скоро начинаешь злиться на то, что работы полно, а ты сидишь тут, понимаешь, и годишься разве что на перемену памперсов и мытье попы. Но после с неизбежностью научаешься растворяться в ритме жизни этого маленького драгоценного тебе, желанного и не без труда выпрошенного  человечка.

Я слышу, как он спит, по движениям и дыханию угадываю все в нем спящем. Обычно мама бывает добра и при первых позывах его проснуться кормит, перед тем как убежать на работу. Этой порции сытного маминого тепла нам обычно хватает еще на пару часов покоя, даже в нашей северной зимней тьме дотянуть до дневного света в постели. Просыпается он обычно в хорошем расположении духа, но бывают и исключения. Привидится какая-то пугающая ерунда — кричит навзрыд до тех пор, пока совсем его не разбудишь, встряхнешь и заново к себе прижмешь. В самых крайних случаях приходится встать и обойти всю нашу квартиру до последней комнатки, убедиться в неизменности и прежней приветливости мира. Ну и верное лекарство от утренних слез — постоять у большого вытянутого по горизонтали зеркала над комодом в коридоре, пройтись при папиной помощи по комоду вдоль стекла: вот папа, родненький, вот я маленький красивый «хороший человек», немного заплаканный. И с чего это вдруг я напрасно плачу? Но, все же, чаще долго не встаем. Поднять голову, убедиться, что ты не один и продолжить блуждать в сонных видениях. Можно для верности забраться на отца досыпать, или, скажем, доползти до края большой постели, задать ногой движение с нее в дневную жизнь, следя полузакрытым глазом за папой досыпая. Становясь старше, научился начинать день в одиночестве. По чуть слышным шорохам из спальни понимаю, что не спит, захожу неслышно, а хитрец улыбается, застигнутый за попыткой сделать что-то запрещенное папой — нудным перестраховщиком. Или попросту сидит столбиком с улыбкой до ушей, не сомневаясь, что я прямо сейчас и зайду, буду громко радоваться, брать на руки и шумно мять-целовать, поднимать к потолку и делать еще много всяких приятных утренних ритуальных штуковин.

Если памперс не слишком шарообразен, можно, немного посидев на руках, спуститься на пол осмотреть хозяйство, провести смотр дежурных игрушек. И все же без туалета не обойтись: снимаем нагретый за ночь подгузник, моемся поначалу просто водой, а потом для верности детским мылом. Одеваться начинаем опять же с подгузника, и тут лучше долго не расхаживать с голой попой, не смотря на открывшиеся  приятные ощущения свободы и открытой кожи, от греха подальше одеваем его побыстрее вновь. Тут папа оживлен, сыпет во время процесса шутками, всякими поучительными замечаниями и терминами, понятными лишь своим семейным, не всегда имеющими в своей основе безупречно- литературный слог, а так же приводит примеры из жизни подросших братьев. По-прошествии времени все больше идеализируя поведение выросших сыновей в обсуждаемый период жизни, с одной стороны по слабости памяти, с другой — из педагогических соображений.

А еще хорошо поутру сменить гардероб. И вовсе не потому, что старый испачкан. А просто из приветливости к новому дню. Благо, что количество нарядов на два порядка превышает, скажем, папины. Так еще и растем мы так быстро, что было бы просто недальновидно и обидно не успеть перепробовать все, что прикупила нам мама с бабушкой, часто задолго до самого появления на свет, а потому с предательскими вкраплениями розовых оттенков — не страшно, маленький же еще совсем. А ведь еще существует море того, что достается переходящим наследством от подросших детей у друзей и знакомых. А как же: «многое почти и надеванное, и такое еще крепкое и красивое, а если вдруг мы еще соберемся, то вы нам вернете…» Такая обычная  и милая родительская солидарность, которой никто не избегает.

Попить мы любим сразу, пристрастны к сокам. Мама — молоко, папа — это сок. И можем пить в самых изысканных положениях и позах: на ходу, на руках, во время игры, переползая с дивана на пол, прикусив резиновый сосок всеми наличными зубами…  С едой все куда сложнее. Это только мамина грудь всегда желанна, а с этой папиной кашей — только по настроению. И одно дело если вернуться с прогулки, после холода теплая каша идет за милую душу. А если нездоровится и ли на улице непогода, то вот просто так взять и поесть бывает непросто. Лежать смирно на подушке, проглатывая кашу ложка за ложкой, выслушивая пусть даже стремящиеся к разнообразности россказни папы, бывает выше наших сил. Так что и за полдня иной раз, за несколько подходов нам с тарелкой каши не справиться. Хорошо маме — у неё часто на подпевках за плечами стоят дурачащиеся старшие. Наш общий секрет эффективного кормления скорее вреден, хотя и действенен — реклама в телевизоре. Но это, конечно, от лукавого.

В прогулках нам нравится все, кроме лифта, этот попросту скучен. Единственное развлечение — танец пальцев папы по его железной стенке, с прыжками и пальчиковыми пируэтами. Зато сразу за дверью подъезда нас ждет лучший в мире двор. Двести на двести метров зелени, высоких деревьев и кустов, две детских площадки, одна из которых для совсем маленьких, и ажурная мишень гравийных дорожек, стянутых к старой липе в центре. Стайку окрестных мам с малышами мы немного дичимся: во-первых, седеющий папа под два метра и сам по себе странный фрукт для этого места, где разговоры о детях легко перемешиваются с обсуждением женских секретов и мужчин в частности; а во-вторых: мы пока не ходим (держась за диваны и стенки — тут не в счет). И хотя нас очень привлекает уютное воркование мам, а еще больше все эти песочные игры, беготня маленьких ножек по ярким предметам, мы надолго тут не задерживаемся, оставляя эти развлечения на недалекое будущее. Пройдя еще несколько по-своему лучших в мире дворов, пара из которых покрыта какой-то мягкой и яркой резиновой субстанцией, на которой совсем не страшно падать, минуя старушек днем и ночью не дающим скучать уличным спортивным тренажерам, с ревностью косящихся на папу вздумай он занять какой-нибудь из простых и незанятых, мы переходим наконец-то улицу и перемещаемся в парк. Вообще-то наш парк больше похож на лес, кажется, официально он и называется лесопарк. По крайней мере, грибы, густые заросли и мелкие животные, милейшие из которых, но не единственные, белки там вполне мирно уживаются с редкими прохожими. Раньше, по делам шашлычным, я набегами за многие годы изучил лишь кромку этого места, за последние месяцы излазил его весь, во все сезоны. И совсем скоро круг этих сезонов полностью замкнется. Если поначалу я один глазел по сторонам, пока младенец спал раскачиваемый коляской, то с осени мы все чаще смотрим вокруг в четыре глаза, отказываясь от сна в пользу любопытства. Мы вполне изучили местную жизнь и даже выведали некоторые её тайны. Например, мы изобличили целую группу пожилых дам, собирающихся в одном из самых дальних уголков парка для поклонения красоте и здоровью. Недаром это происходит поблизости от задних дворов известной футбольно-спортивной школы для детей и подростков. Не знаю всех тонкостей ритуала, но вкратце он выглядит так. На перекрестке двух широких тропинок стоит молодая девушка в облагающем спортивном костюме, а вокруг неё располагаются лицом обращенные к ней пожилые дамы, кольцами углубляясь в лес. Чем старше и полнее, тем дальше от центра. Девушка ритмично принимает разные позы, совершает движения, дамы с небольшой задержкой вторят ей. Тишина ритуала завораживает особенно. Пару раз я видел тут и дедушек, но их участие было скорее случайным и неочевидно уместным. Другое дело еще одна лесная тайна, недавно разгаданная нами с сыном. Это в одном из самых заросших мест парка волейбольная площадка. Много раз я пробирался к ней и каждый раз удивлялся её глухой отдельности от всего парка и при этом безупречной ухоженности. Тайна вскрылась 31 декабря, когда всем семейством мы пробрались по высокому снегу к ней и обнаружили слаженно работающих скребками для снега дедушек и двух моложавых бабушек разматывающих оранжевую волейбольную сетку. Летом тепло и можно не спешить домой. Осенью папа даже с коляской умудрялся собирать грибы. Зимой, если нет сильного мороза, мы любим смотреть на падающий снег, а если тот не падает с неба, то папа может устраивать снегопад с веток, встряхивая небольшие деревья. Особенно хорошо получается с рябины, когда белые снежные комочки обнажаются и загораются красным. Мамы с колясками склонны искать общения во дворах, на детских площадках. В лесу процент дедушек и отцов с колясками явно повышен, но все равно не подразумевает тесного общения, максимум — легкое приветствие знакомого лица. Но чаще папы проплываю мимо друг друга с независимым видом кораблей на рейде.

Как бы ни был в начале прогулки бодр сын, обычно, добираясь обратно домой, он крепко спит. Тут папе очень хочется распаковать его с такой нежностью, чтобы не разбудить. Это непросто. Нельзя шуметь, можно не снимать всей одежды, а лишь расстегнуть и стащить шапку с обувью. Если все сделать правильно, то папа будет вознагражден кофе и короткой передышкой. Впрочем, тут перебарщивать тоже нельзя, поскольку «большой» сон намечен на мамино дежурство, а там уже на кону семейный обед.

Проснувшись, сын хочет пить. Тут уже и каша идет за милую душу. А когда он сыт — можно и делами заняться. С каждым месяцем дел все больше. Первое — игрушки, но это только потому первое, что так положено. А на самом деле интереснее всего путешествовать по дому, открывать ящики и двери, вытряхивать из них вещи и книги, вставать у столов и подоконников, стараясь ухватить то, что плохо лежит. Но самое интересное, безусловно, это комната старших братьев. Эта сокровищница нас завораживает. Тут на высоких полках стоят коллекции космических кораблей из Лего, маленькие человечки строят что-то большое и хрупкое, а потому вдвойне соблазнительное. Сокровища почти недоступны. Разве иногда кто-то по небрежности забудет машинку или человечка на нижних ярусах сокровищницы, тогда уж зевать нельзя — мы с пыхтением и страстью бежим-ползем к забытому. Надо побыстрее схватить и запихнуть в рот сокровище. Впрочем, как ни обидно, папа почти всегда опережает сына.

Из разрешенных игрушек братьев больше всего мы любим пианино. Оно громкое и веселое. Можно стучать по клавишам даже в четыре руки. А если нажать секретную кнопку, то идем вполне вровень с Генделем и Моцартом.

А еще, в каком бы настроении мы не были, хорошо сидя на руках или шее папы ходить по квартире. Папа нам все обстоятельно рассказывает, может открывать и показывать самые заветные ящики. Снимает с полок стеклянные безделушки и, не выпуская из рук, дает потрогать. Хорошо постоять на подоконнике, смотреть на мир с высоты нашего этажа. С одной стороны увидеть школьный двор, где часто играют в футбол, с другой еще интереснее — детский сад, в который я скоро пойду. Там много детей. Их крик доносится до нас даже через стекло. К ним очень хочется, но пока немного рано. Если повезет, то можно увидеть, как едет красная машина мамы, как мама выходит из неё и с пакетами идет к нам. Тут уж счастье совсем близко.

Счастье для всех. Малыш получит объятия и мамино молоко, мама получит малыша и свой дом, ну а папа получит кофе с мамой — она так хорошо умеет делать капучино — и свободу отправиться в мастерскую, где будет наверстывать упущенное для работы время до ночи.

Ну и напоследок о работе. Ту все складывается непривычно для меня. С конца лета я отодвинул в сторону все книжные проекты и почти все время отдаю работе для кино. Это мое второе приближение к жанру. Первый опыт завершился до срока из-за кризиса 2008 года. Теперь, как я надеюсь, должно быть иначе. Работа интересная и как никогда уместная в этот уязвимый период для моей семьи и экономической ситуации. Хотя, сказать по правде, я до сих пор до конца не определился со своим отношением к сегодняшнему занятию. Я избалован опытом автономной творческой работы. Тут же ты, как не крути, лишь часть проекта, за результат которого отвечает, прежде всего, режиссер. Он талантливый и интересный человек, в чем я предварительно убедился, иначе бы я не взялся за эту работу, но все чаще я возвращаюсь мыслями в свои собственные планы. С лета практически встала моя новая детская книга. Те небольшие кусочки времени, которые пытаюсь для неё выкроить, незначительно двигают работу. Заморожено еще пара важных для меня проектов. Уже близко время окончания контракта с ОРТ, возможно, я смогу полностью вернуться к своим собственным проектам.

Вообще же прошедший год за пределами моей семьи принес так много неприятного и неожиданного, что все труднее строить планы. В том числе и на собственную работу. Хочется верить, что, по крайней мере, хуже не будет. На фоне рождения третьего сына все отцовское во мне обострилось. А значит все страхи и беспокойства за семью. Глядя на нашу теперешнюю политику, подумал о том, что полезно бы было одним из условий выборности первых лиц государства сделать наличие несовершеннолетних детей у претендента. А лучше двух-трех. Поверьте, очень отрезвляет во взглядах на жизнь, и, несомненно, добавляет ответственности.

Год начался дождем второго января, совсем не новогодним. Собственно сегодняшняя погода и есть причина моей многословности в этих «новостях» — семейные прогулки по снегу переносятся до лучшей погоды.

Всех читающих это поздравляю с Новым годом. Надеюсь на лучшее. Всем здоровья, душевной трезвости, удачи и мира!


2 января 2015

 
 
 
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017